Мавры

Гертруда Джекилл однажды сказала: «Вряд ли можно сомневаться в том, что самым удачным материалом для садовой скульптуры и декоративного убранства в садах является свинец». Это было начало XX века, слово Джекилл было весомо, и английские садовые дизайнеры стали активно использовать этот легкоплавкий материал. Но это была вторая волна популярности свинца. Первая случилась в XVIII веке.

Технологию изготовления скульптуры из свинца в Англию привез бельгиец Ян ван Ност. Свинец выгодно отличался от камня – он не разрушался от дождей, он не зарастал мхом (протер войлочной тряпочкой и опять блестит), но самое главное – произведения искусства можно поставить на поток, клепать в невообразимых количествах и делать себе на этом состояние. Ван Ност, собственно, благодаря этому и разбогател. Племянник его, Ян ван Ност II продолжил дело дяди, но состояние себе сколотил не столько на как таковой свинцовой скульптуре, сколько на садовой скульптуре….негра. Свинцового негра.

Скульптурное убранство в садах и парках Европы с незапамятных времен было своеобразным текстом, посланием, хранящим информацию о чаяниях своих владельцев для следующих поколений. Здесь и честолюбивые помыслы, и любовные страдания, и Божественная литургия. Причем же здесь темнокожий человек, стоящий на коленях и держащий на голове солнечные часы? Все дело в том, что в 1713 году, благодаря Утрехтскому миру (помните «Стакан воды»?) Англия получила от испанцев монополию (или asiento, лицензию) на работорговлю. С этого момента началось стремительное обогащение британцев, говорящих что над их империей никогда не заходит солнце. Если в 1713 году, поле получения asiento англичанами вывозилось 125 600 рабов в год, то к 1739 году годовой показатель составил 296 000 человек. В течение всего XVIII века огромные богатства создавались за счет инвестиций либо непосредственно в работорговлю, либо в плантации, на которых работали преимущественно рабы. Ну а потом разбогатевшие англичане тратили эти несметные сокровища для того, что строить свои знаменитые сады и украшать их фигурами черных рабов. Очень логично. Кто-то умный посчитал, что практически все сохранившиеся сейчас сады и парки Англии XVII – начала XIX (в 1807 году, кажется отказались от работорговли) века, все построены за барыши, полученные от продажи рабов с черного континента.

Но мы же не забываем, что кроме торговли черными людьми этот век ознаменовался величайшим развитием наук, отчего и был прозван веком Просвещения.  Поэтому негр, держащий на голове гномон был лучшим украшением ландшафта, построенного благодаря ему же.

Использование таких экзотических образов в виде чернокожих людей в искусстве, конечно, было не новинкой. Века так с XV-XVI интерьеры многих дворцов были украшены всякими безделушками в виде подсвечников, подставок, держателей всевозможных мелочей, ножек стола или кресла и прочего, прочего в виде мавров, или, как их еще называли - нубийцев. Но чтобы в садах – это происходит только с появлением технологий свинца. Наверное, краски черной меньше уходило, как знать. В общем, статистика неумолима – в течение века фигура коленопреклоненного раба для сада была самой востребованной.

Ну а потом как обычно, работорговля закончилась, мода ушла, и англичане стали массово переплавлять скульптуру, изображающую раба – кто на пули, кто еще как. К XXI веку по всей Англии осталось таких скульптур только три. В Хемптон-корте, в замке Вентворт и еще где-то.

А вообще по миру скульптурное убранство в садах в виде чернокожих людей, если мне не изменяет память можно увидеть только в Англии, в Потсдаме и в парке Ульрихсдалл, в Стокгольме.

Варвара Байрамова
Собкор фестиваля «Сады и люди»
Санкт-Петербург